Среда , Декабрь 13 2017
ВАЖНО:
172896_src

Кто убил пограничника в Джалилабаде?

Потеря сына одно из самых, пожалуй, больших жизненных испытаний и горестей для отца. Особенно когда сын уже вырос, возмужал и готовился к самостоятельной жизни. Вот и житель Хачмазского района Шовкет Юсифов не мог нарадоваться, когда его сын получил повестку: Эльнуру предстояло пройти действительную военную службу в армии, после которой… «Вот закончишь службу, и женим тебя», — как бы в шутку высказал Шовкет киши сыну самую заветную свою мечту. Но не суждено было сбыться словам отца, пишет хаггын.аз.

Отправили Эльнура служить в погранвойсках. Год и два месяца образцово отслужил он в мобильном отряде. А после короткого отпуска, проведенного в родном доме, попал уже на заставу, расположенную в Джалилабадском районе. Но недолго ему пришлось служить на этой пограничной заставе. Буквально через месяц, а именно рано утром 16 декабря прошлого года скорбный голос по телефону сообщил отцу, что сын погиб от пули контрабандистов, предотвращая нарушение границы.

Можно понять состояние отца, хотя передать словами его горе невозможно. Шовкет Юсифов сразу едет в Джалилабад, где перепуганный начальник заставы каким-то странным голосом говорит ему: «Ваш сын застрелился на вышке во время несения службы».

Поверить в такое Шовкет киши не мог, ведь до завершения службы сыну оставалось всего три месяца и он только вернулся из отпуска, во время которого родители не услышали ни одной жалобы. Об этом Юсифов сразу заявил всем офицерам части. Сын был здоровым парнем, спортсменом, потому и взяли его в мобильный отряд. И как вообще понять, что утром ему сказали одно, что сын, дескать, погиб от пули контрабандиста, а теперь говорят совершенно другое — мол, застрелился.

«Это какая-то злая игра», — подумал Шовкет, но его тут же попытался успокоить следователь военной прокуратуры: «Не беспокойся, отец, мы все расследуем. Около этой вышки есть камеры, с их помощью мы все установим». Отец следователю поверил, но до сих пор нет ни одного изображения с этой камеры. И тот же следователь отметил в своих документах, что просмотреть показания с диска камеры технически невозможно.

Столкнувшись с безразличием окружающих, Юсифов-старший добрался до села Лякин. Именно сюда привезли получившего пулевое ранение сына для оказания первичной медицинской помощи. И врач, и все остальные сельчане в один голос утверждали, что его сын был доставлен сюда рано утром – еще до начала занятий в школе – на «Ниве» начальника заставы. Впоследствии отец хотел было потребовать, чтобы был проведен допрос этого врача, но оказалось, что тот тоже ушел в мир иной.

Тем временем следствие шло. Вначале дело Эльнура было объединено со множеством других нарушений служебных полномочий начальника заставы Гусейна Гулиева, который обвинялся в избиении и издевательствах над своими солдатами. А число таких солдат, обратившихся с официальными жалобами, достигало чуть ли не двух десятков. Затем по непонятной отцу причине дело начальника заставы начали смягчать. Солдат, служба которых еще продолжалась, заставили забрать свои жалобы. Но так как безутешный отец и не думал прекращать свои поиски правды, дело Эльнура выделили в отдельное производство.

Тем не менее в действиях начальника заставы в отношении Эльнура следствие не нашло изобличающих его фактов, и он превратился из обвиняемого в свидетеля по делу. Зато откуда-то выкопали двух неизвестных отцу погибшего солдата бедных медиков, которые еще «четыре месяца назад выписывали ему лекарства от варикоцеле» – болезни, которой будто бы страдал Эльнур. И версию свою следствие выстроило уже по данному факту.

Оказывается, в тот злополучный день Эльнур должен был нести службу на вышке в 18-00. Но на солдата, который должен был приступить к службе в 14-00, неожиданно напал сон. И как, наверное, догадался читатель, вместо него на дежурство заступил Эльнур. Но по утверждению следствия, не смог Эльнур перебороть боли, которые у него вызвала проклятая болезнь, и выстрелил он себе в сердце. Насколько основательна данная версия, судить нам трудно, но не верит во все это раздавленный горем отец.

Да и как ему поверить, если всего полмесяца назад в обвинительом заключении, подписанном генерал-майором Шафаятом Имановым, четко указывается вина начальника заставы. Здесь даже отмечено, что хотя обвиняемый и не признает себя виновным, это доказано материалами следствия. Избиение и издевательство над солдатами было любимым занятием Гулиева. Следствие установило, что он измордовал чуть ли не всех подчиненных ему солдат, за любую провинность давал им пощечины, пинал ногами. Так он поступал и с покойным Эльнуром: оскорблял, ругал его при всех. А как-то даже заставил его постричься на глазах у всех солдат, пытаясь одновременно унизить, сломать его и поднять собственный авторитет среди подчиненных.

Правда, за все это начальнику заставы еще предстоит отвечать перед судом, а вот Эльнура среди оскорбленных и униженных уже не будет, его будет представлять на суде отец. Дальнейший ход выделенного в отдельное производство дела Эльнура сильно беспокоит Шовкета Юсифова. И на то у него веские причины. Почему-то в деле отсутствует бушлат покойного и его снимки с изображением следов от пули. А ведь это могло бы стать решающей уликой во всем деле. Ведь произведенный с близкого расстояния выстрел должен был обжечь бушлат. А так только след пули в области сердца, что не позволяет установить, с какого расстояния был произведен выстрел. Без этого и говорить о самоубийстве трудно.

Но и это еще не все. На теле покойного обнаружены следы  ушибов – на спине, плече. По словам следователей, они образовались, когда перетаскивали труп. Но видавшему жизнь Шовкету киши хорошо известно, что труп, как правило, стараются перетаскивать аккуратно. А тело Эльнура перетаскивали ведь не на фронте под пулями. Кроме того, на вышке, где, по версии следствия, произошло самоубийство, почему-то нет следов крови, хотя рана в сердце должна была вызвать сильное кровотечение. Зато на крыше вышки зияет отверстие, пробитое пулей. Следствие пытается убедить отца в том, что пуля срикошетила. И безутешному отцу приходится предполагать, что в сердце его сына попала одна пуля, а в крышу вышки – другая.

Нам хорошо известно, что вмешательство в дела следствия недопустимо, и вовсе не эту цель мы преследуем. Просто надо отцу несчастного юноши объяснить все, показать, как все это произошло.

Человек потерял родного сына. Выстрел среди ночи должен был поднять на ноги всю заставу, свидетелей должно быть достаточно. А то ведь до него доходят слухи о том, что после смерти Эльнура начальник заставы построил всех и, страшно ругаясь, предупредил, чтобы никто не смел доводить до следствия «ничего лишнего». В противном случае он угрожал устроить им обвинение в конрабанде. Ищет разбитый горем отец понимания в разных инстанциях, но утешить его так никто и не собирается…

27 Авг
21:38